160x80
160x80
160x80
160x80
160x80
160x80
Арзамас Гид

Арзамас Земляки на царской службе


Автор Арзамас Гид от 23.02.2018, 15:34


Нижние офицерские чины русской армии два века назад нередко происходили из крепостных. Арзамасцы - не исключение.
История Отечества, как и история родного края, вдвойне интересна, если в повествовании о прошлом присутствует рассказ о конкретных людях, иначе наше прошлое просто безлико. Очень важно при изучении военной истории повествовать не только об офицерах, но и о нижних чинах русской армии. Тем более что подавляющее большинство рядовых и унтер-офицеров набиралось в армию из податного сословия и было безграмотным, а соответственно, письменных воспоминаний не оставило. Ведь авторами мемуаров были офицеры или генералы. Большая удача, если в архивных документах, датированных первой половиной XIX века, находятся упоминания о рядовых и унтер-офицерах - наших земляках.

Системой комплектования армии в России до 1874 года являлась рекрутская повинность. Как отмечалось в начале статьи, рекрутирование проводилось в основном от податного сословия. Мещане, государственные и крепостные крестьяне, ремесленники...
Срок службы исчислялся в 25 лет. Правда, ближе к отмене рекрутчины он уменьшался. Подавляющее большинство новобранцев набиралось из крепостной деревни.
В РЕКРУТЫ
В селе Медынцево Арзамасского уезда, принадлежавшем помещику Соловцову, в 1790 году при очередном наборе в армию на сельском сходе жребий выпал на Ивана сына Аникеева. Судя по копии военного паспорта 1815 года, выданного Ивану после 25-летнего прохождения службы и увольнения вчистую, как тогда писали в официальных бумагах, хозяину было от роду 54 года. Соответственно, на ратную службу его забрали в 29 лет.
В 90-х годах в рекруты был отдан Иван сын Антонов. Но, правда, не из Арзамасского уезда, а из Макарьевского, села помещицы Хитровой. До призыва он был дворовый крепостной, исполнял рабочие обязанности в господской усадьбе. Интересно, что Иван Антонов в отличие от своего тезки, крепостного крестьянина Аникеева, умел читать и писать. Бывший крепостной помещицы Хитровой в армии служил цирюльником в артиллерии, низшим медицинским чином. Можно предположить, что до призыва в армию он при помещице исполнял обязанности медика или ветеринара, отсюда и его знание грамоты.
Петр Еремин, Егоров сын, был отдан в рекруты из села Успенского помещика Арестова, Арзамасского уезда, в 1805 году. Из архивного документа следует, что Петр ни писать, ни читать не умел. Интересную деталь можно отметить по поводу грамотности нижних чинов. Как правило, в унтер-офицеры производили знавших грамоту, но это происходило не всегда. На практике же Русский унтер-офицерский корпус, получивший закалку в войнах конца XVIII- начала XIX веков, представлял собой настоящую основу армии, причем очень качественную.
НАГРАДЫ - НЕ ВСЕМ
Из трех упоминавшихся крепостных, ушедших в рекруты, двое были унтер-офицерами -Иван Аникеев и Петр Еремин. Последнее место службы перед отставкой у Ивана, исходя из архивного документа, - 18-я артиллерийская бригада, в звании фейерверкера, что соответствовало старшему унтер-офицеру пехоты. Причем ветеран имел достаточно солидный и впечатляющий послужной список. Принимал участие в польской кампании 1792-1794 годов, воевал с французами в 1799 году, участвовал в турецкой кампании 1806-1812 годов. Ну и, конечно, в Отечественной войне 1812 года, в заграничном походе 1813-1814 годов. Действительно, перед нами вся палитра военной истории времени правления Екатерины II, Павла и его сына Александра I.
Очень странно, что фейерверкер, пройдя через столько военных кампаний, не был награжден. И это несмотря на положительную аттестацию, говорящую о том, что у ветерана за многолетнюю службу не было наказаний. Очень часто была распространена такая награда, как знак ордена св.Анны для нижних чинов. Эта награда полагалась только тем, кто 20 лет «беспорочно» прослужил в полевых войсках.
Именно такой награды был удостоен унтер-офицер Петр Еремин. Заслуженный воин участвовал во многих военных кампаниях, в том числе в Отечественной войне 1812 года и в походе 1813-1814 годов. Был награжден серебряной медалью в память 1812 года. Правда, и служил ветеран не в армейском полку, а в лейб-гвардии Финляндском.
Упоминавшийся в статье Иван Антонов, служивший цирюльником в артиллерии, также не был награжден, хотя ветеран участвовал во многих войнах с 90-х годов XVIII века и до 1814 года. Несмотря на то, что должность цирюльника была нестроевой в подразделении, этот воинский чин в боях находился на передовой линии. Во время Бородинского сражения, произошедшего 7 сентября 1812 года, Иван Антонов оказывал первую медицинскую помощь раненым под огнем противника.
ЖИЗНЬ БЕРЕТ СВОЕ
Приведем еще один факт. Очень многие нижние чины, выходившие в отставку, заводили семью. Как правило, таким ветеранам было от 45 до 50 лет, порой даже больше. Например, Иван Аникеев. По окончании военной службы ему было уже за пятьдесят. Женился он, будучи вдовцом, на солдатской дочери. Вполне вероятно, что нижний чин бракосочетался первый раз в период его отпусков на родину, в 1802 или 1803 годах. Но, как видно, из службы супруга его не дождалась, умерла.
Нужно отметить, что новые правила отставки были утверждены в 1816 году. Отслужившие свой срок могли выбирать - или, получив паспорт, идти на «собственное пропитание», или оставаться на содержании инвалидных команд. Причем бывшие крепостные, отставные нижние чины, приписывались к своей волости как казенные крестьяне. Подати отставник не платил. А дети, рожденные после отставки, записывались в подушный оклад и приписывались к военному ведомству.
ЧЕСТЬ ДОРОЖЕ
В середине 80-х годов XX века на советском экране демонстрировался фильм «Багратион». В кинокартине был такой сюжет: в армии один офицер узнал в солдате бывшего своего крепостного. И нижний чин, будучи на привале, не проявил покорность, поэтому офицер солдата избил. А на вопрос генерала от инфантерии П. Багратиона «за что?», офицер сослался на то, что этот солдат его крепостной. Так вот, это в корне неправильно. Ведь уходившие в рекруты из крепостной деревни новобранцы крепостными по закону не были, и по истечении срока воинской службы в подавляющем большинстве не возвращались к крестьянскому труду.
Тяжелые бытовые условия, жесткая дисциплина, а часто и рукоприкладство командиров в армии времен Александра I приводили к побегам нижних чинов. В феврале 1813 года в Арзамасском земском суде рассматривали дело беглого солдата Кузьмы Егорова. Солдат, будучи рядовым Архангельского гарнизонного полка, был отправлен в город Ярославль. В период осени 1812 года в приволжских городах России, в том числе в Ярославле, активно формировались резервные полки. Как отмечал солдат, он сбежал, не вынеся побоев от начальника Ульфа (Вульфа). Действительно, с 1810 года командиром Архангельского гарнизонного полка был майор Вульф. Беглого солдата отправили к командиру Нижегородского гарнизонного батальона полковнику Шиллеру. В «Полевом уложении для большой действующей армии», изданном до Отечественной войны 1812 года, рассматривались основные виды военных преступлений. Побега из полков среди них не было. Однако побег военнослужащих к неприятелю считался тягчайшим преступлением.
В декабре 1812 года в земском суде Арзамаса был опрошен крестьянин Евстафий Андреев. Оказалось, что он из села Мотовилово, бывший крепостной помещицы Бабониной. Был отдан в рекруты в феврале 1812 года. И с рекрутской партией попал в Москву, где сформировывалась 27-я пехотная дивизия. В составе Симбирского пехотного полка встретил военную кампанию 1812 года. А в Смоленске попал в плен, бежал. Но не вернулся в свой полк, а уже в декабре оказался в своей родной деревне. Повидавшись с родными, пришел в суд. Побега из своего полка как такового не было, и солдат не попадал под судебное разбирательство. Был отправлен в Нижегородский внутренний батальон продолжать службу.
ВОПРОСЫ ВЫЖИВАНИЯ
В начале XIX века эпидемии различных болезней в полках были не редкостью. Цинга, дизентерия, оспа, простудные заболевания вызывались плохим питанием, погодными условиями, а зачастую и отсутствием квалифицированной медпомощи. Широко распространенной профилактикой простудных заболеваний в 1812 году было употребление водки с перцем.
Целые трагедии возникали при эвакуации раненых с поля бея. Так как подвод на всех не хватало, то раненых просто оставляли на поле боя на милость неприятеля. Так же поступали и французы. Основным перевязочным средством был холст. Из этого материала выкраивали бинты и корпии - то, что использовали вместо ваты и получали путем распускания холста.
Считалось, что нижние чины из денежного довольствия смогут прокормить себя сами. Однако это было нереально, так как от казны военнослужащие получали только крупу, муку и сухари. Регулярно мясную порцию нижним чинам стали выдавать только лишь в середине XIX века. Чтобы прокормиться, военнослужащие создавали артели. Выбирали артельщиков, которые хранили артельную собственность. В нее входили сэкономленные деньги на провиант, отпущенные от казны, а также внесенные деньги от жалования членов артели. Часть этой суммы отпускалась на покупку мяса, овощей, а сэкономленная часть денег составляла артельный фонд.
С. ИГОНЬКИН, краевед.
Арзамасские новости (4007)

Просмотров: 323


Просмотреть свежие комментарии

Другие новостные материалы

Новости Арзамаса

Новости города на сайте Арзамас Гид

добавить на Яндекс
Кинотеатр Люмен Фильм

Афиша кинотеатра Люмен Фильм

добавить на Яндекс
Телефоны Арзамаса

Телефоны организаций Арзамаса

добавить на Яндекс

© 2008–2018 гг.
Арзамас Гид – Путеводитель по городу

город Арзамас
Контакты: arzamasgid@yandex.ru

Rambler's Top100 Яндекс.Метрика

160x220